Главное меню

Главная

Гражданский Форум

Публикации

Год Украины

Персоналии

Семинары

Rethinking Modernity

• Реформа образования

Поиск

О сайте

Регистрация

Авторам

  Поиск по сайту

_

  Наши друзья

Учебный центр ИГПИ

Интернет магазин чая RESIST.RU - сайт антиглобалистов информационное агентство

 

  Счётчики

 

 

 

 

 

«Россия и Украина» Статья Вячеслава Владимировича Игрунова

1. Россия и Украина две страны, у которых не может быть иного выбора, кроме европейского. Обе страны созданы на фундаменте культуры, глубоко уходящей корнями в европейскую традицию, в европейскую историю, в европейские ценности. Любой другой выбор означал бы утрату идентичности, утрату этнического и национального самосознания. Однако, к сожалению, внутренние установки и мотивы наших народов являются не единственным и даже не основным фактором, предопределяющим выбор. Есть более сильные, фактически принудительные, причины, толкающие наши страны в лоно Европы.

Складывающаяся на базе западных стандартов, науки и технологий глобальная цивилизация предъявляет народам очень жесткие требования. Здесь нет места для сантиментов и благотворительности. Стремительно нарастающий разрыв между экономически слабыми и наиболее развитыми странами, обрекает не вписавшихся на роль париев. Никто никого не ждет в предполагающемся мире западного благополучия. Только тот, кто своими усилиями отстоит свое место в лидирующем пуле, имеет шансы не превратиться в общество убогих. Большинство аналитиков, не говоря уже об обыкновенных людях, плохо себе представляют степень возможной деградации отстающих.

Именно поэтому, европейский выбор для наших народов, обладающих высочайшим интеллектуальным потенциалом, является безальтернативным. Однако ни Украину, ни Россию, в Европе, а тем более в атлантическом сообществе никто не ждет. Ни делиться своими ресурсами, ни брать на себя наши беды и хлопоты благополучный мир не намерен. Мы слишком велики и неустроены, чтобы относиться нам так, как к "своим" Чехии или Польше, или даже "плусвоим" балтийским странам.

Трагедия 11 сентября несколько изменила положение. Наиболее продвинутые политики осознали угрозы безопасности, исходящие из нестабильного, но имеющего глубокие цивилизационные корни, азиатского космоса. И одновременно осознали, что без России поддержание стабильности на этом континенте практически невозможно. Сегодня началось переосмысление концепций безопасности и геополитических представлений. И Россия из страны, представляющей угрозу западной цивилизации, как ее рисовали наиболее усердные ее противники, стала превращаться в один из главных сегментов мировой системы безопасности.

Безусловно, надо воспользоваться этой естественной ролью, чтобы побудить Запад, и прежде всего Европу, протянуть нам руку помощи. И эта помощь может быть нам оказана не из каких бы то ни было гуманитарных соображений, а просто потому, что Россия может сделать для стабильности в Азии больше, чем все европейские страны вместе. Но без европейской, и в целом западной, помощи Россия может надорваться и не вынести бремени всех азиатских вызовов. Итогом перенапряжения может стать разрушение самой России. И так, как Европа пережила всплеск нестабильности в результате распада СССР, Азия может пережить потрясения в результате надлома России. Последствия азиатской нестабильности будут значительно серьезней нестабильности европейской. Вряд ли Запад захочет это допустить. Если, конечно, нам удастся объяснить Западу реальное положение вещей.

Украина занимает в Европе гораздо более безопасное положение, Вдобавок, она не обладает ядерным оружием, утрата контроля над которым тяготеет постоянным кошмаром над специалистами в области безопасности. Для страны это хорошо. Однако национальное благополучие Украины делает ее менее важным элементом в будущих геополитических раскладах. После 11 сентября игра на противоречиях между НАТО и Россией стала анахронизмом, и Украина неожиданно оказалась на боковой колее. Россия же, напротив может оказаться бесспорным лидером в процессе сближения с Европой. Украина должна сменить свою амбивалентную политику в отношении России, чтобы тесные экономические и гуманитарные отношения между двумя странами стали непреложным условием совместного движения в Европу.

Есть еще одно обстоятельство, затрудняющее Украине включение в глобализующийся мир. Условием глобализации является высокий уровень концентрации финансов, наличие транспортных узлов мирового значения, включение на высоком уровне в мировые информационные сети. Но самой главной составляющей является наличие центров с чрезвычайно высокой концентрацией интеллектуального потенциала. Реалии советской системы были таковы, что основные научные и образовательные центры концентрировались в Москве. Москва же предоставляла талантливым людям и наиболее благоприятные условия для самореализации. Можно весьма негативно относиться к этому явлению, но факт остается фактом Москва за десятилетия обескровила многие регионы бывшего СССР, как насос, высосав из страны и сконцентрировав в столице мощный слой интеллектуалов. Разумеется, демократизация сильно ослабила этот потенциал, открыв двери для утечки мозгов. Однако утечка мозгов одновременно выстроила каналы для участия в западных проектах и заказах. И поэтому утечка мозгов из России оказалась менее разрушительной, чем утечка мозгов из Украины. И это еще одно преимущество России в процессе интеграции в глобальную систему мироустройства.

Но Россию и Украину связывают и миллионы родственных уз, и экономические связи, и культурная близость. Россия заинтересована в Украине также ввиду ее положения срединной страны, лежащей между Европой и Россией. Поэтому России проще двигаться в Европу, имея своим партнером Украину. Кроме того, Украина с Россией, не будучи еще допущенными в Европу, могут развивать двусторонние отношения в рамках европейских принципов и норм, так, чтобы Европа в этих отношениях могла узнавать самое себя. Цивилизованные и продвинутые отношения между нами могут облегчить нам вхождение в европейский мир. Именно поэтому, я полагаю, кратчайший путь в Европу для Украины лежит через сотрудничество с Россией.

2. Если события будут развиваться благоприятным для России образом, она будет сосредоточена на достижении европейских стандартов, на согласовании своих интересов с Западом, на поиске адекватного места в западной системе координат. Однако никто не гарантирует, что прозрение, вызванное американской трагедией, не завершится новой ставкой на силовое структурирование однополярного мира с замкнутым пулом избранных во главе. Особенно вероятен такой ход развития, если американцам и их союзникам удастся в достаточно быстрые сроки изловить Усаму бен Ладена и без особых потерь вернуться по домам, нанеся при этом сокрушительных ущерб Афганистану.

В этом случае Россия будет предоставлена самой себе, против нее в более или менее мягкой форме будут разыгрываться ее соседи, а экономические отношения будут складываться привычным в системе СеверЮг образом. Собственных ресурсов, чтобы прыгнуть на подножку уходящего поезда Европы, у нищей, обескровленной, отягощенной массой внешнеполитических проблем России не хватит. Тогда Россия будет искать партнеров в Азии. Прежде всего в Китае и Индии. Объясняется это просто.

Современная экономика главным своим основанием имеет интеллект. Интеллект всегда давал человечеству больше, чем физическая сила или капитал. Однако, чем дальше, тем больше, эта диспропорция возрастает. Образование и наука становятся главными приоритетами в экономике. А следовательно, главной производительной силой является человек, его серое вещество. Разумеется, при условии хорошего образования. Отсюда следует, что самыми мощными экономиками будут те, в которые вовлечено большее количество образованных людей. Китай и Индия обладают вместе самым большим человеческим ресурсом, а, значит, и самым большим массивом серого вещества. Да, эти страны нищие и не могут обеспечить хорошее образование каждому желающему. Но при прагматичном подходе, при чрезвычайно высокой оценке образования и интеллектуальной работы в этих странах, имеющих чрезвычайно древнюю и мощную культурную традицию, при готовности терпеть любые ограничения для достижения поставленной цели, Индия, а особенно Китай, смогут сконцентрировать ресурсы для предоставления образования некоторому проценту своего населения. А если учесть, что в этих двух странах проживает треть человечества, то можно понять, что в абсолютных величинах Китай и Индия смогут сконцентрировать огромный интеллектуальный капитал. Следовательно, в условиях растущего значения интеллектуальной работы эти страны смогут войти в пул лидеров, даже не обладая на начальном этапе соответствующими финансовыми ресурсами.

Россия для Индии и Китая сыграла роль европейского гувернера. Математические школы Индии, сформированные выпускниками МГУ прежде всего, позволили получать этой стране миллиарды долларов дохода ежегодно. И эти цифры растут. Учитывая свой опыт в этом направлении, Россия может попытаться максимально выгодно использовать для себя сотрудничество в области высоких технологий, науки и образования, чтобы тесно связать себя с этими странами и войти в лидирующий пул, как симбионт этих мощных народов. Такая стратегия возможна, и я не понимаю, почему она вызывает трепет у европейски ориентированных граждан постсоветского пространства. Почему такая стратегия неприятна для Запада, понятно потому же, почему не хочется делиться сокращающимися ресурсами с сильным конкурентом. Но мы должны спокойно рассматривать разные сценарии, открывающие нам дополнительные возможности.

3. В Украине чрезвычайно болезненно относятся к Союзу России и Белоруссии, то ли видя в этом союзе для себя угрозу суверенитету, то ли полагая, что этот союз союз двух авторитарных режимов. Поэтому почти каждый украинский демократ хотел бы рассорить Россию с Белоруссией.

Я думаю, что такой подход ущербен. Прежде всего, Белоруссия имеет те же культурные корни, что Россия или Украина. Поэтому и движется она по тому же Европейскому пути, что наши страны. Может быть с более неприятными гримасами, с отставанием. Но в России есть целый ряд региональных режимов пострашнее лукашенковского. А если говорить об уровне коррупции, то Украина даст фору Белоруссии. Все мы хороши. Но тесные отношения с Россией позволяют Белоруссии сохранять на более или менее терпимом уровне стандарты в области демократии и прав человека. Крнечно не Швейцария. Но и не Советский Союз. Надо перестать демонизировать Белоруссию и сделать все, что мы можем, чтобы помочь этой стране пережить правление Лукашенко так, чтобы найти ему приличную альтернативу на следующих выборах.

4. Геополитическое положение России требует от нее чрезвычайного напряжения усилий для поддержания стабильности и на своих границах, обеспечения безопасности внутри страны. Конфликты по дуге от ТяньШаня до Крыма, пожалуй, наиболее зримое выражение геополитических вызовов. Следует напомнить, что в Азии, южнее границ России, проживает половина всего человечества. Исторически это давно освоенный регион с самыми древними цивилизациями мира. Естественно, почвы здесь истощены и продолжают деградировать. В некоторых странах эрозия почв охватывает 100% земель. Страшная нехватка питьевой и технологической воды является бичом для многих стран континента. Полезные ископаемые истощены или незначительны даже в таких крупных странах, как Индия и Китай. Исключение здесь составляют страны Передней Азии. Другие исключения мало влияют на общую картину.

При всем этом население продолжает расти катастрофическими темпами. Неравномерность экономического развития вызывает тектонические сдвиги между этносами, тесно переплетенными в большинстве регионов Азии. В некоторых регионах многих стран Азии проживает до сотни и больше автохтонных этнических образований. Понятно, что когда народ постоянно вынужден делать выбор, то он подвергается чрезвычайным напряжениям. Сохранение стабильности в полиэтническом и поликонфессиональном обществе становится серьезной проблемой. А в динамическом процессе глобализации вызовы следуют один за другим. Темп перемен лишает общества времени для адаптации. И все это происходит на фоне растущих притязаний и стандартов, на фоне сокращения ресурсов и растущего населения. Понятно, что любой толчок может привести к дестабилизации практически в каждом сопредельном с Россией уголке Азии.

Распад Советского Союза оставил Россию с незащитимыми южными границами, по крайней мере, в Центральной Азии. Следовательно, Россия должна заботиться о бывших границах СССР, как внешних, так и административных, ныне ставших границами независимых государств, так как только эти границы обладают некоторой легитимностью и защитимостью. Однако у России недостаточно ресурсов даже для защиты своих государственных границ. Поэтому на границах Таджикистана, например, Россия оказывается в крайне трудных условиях.

А теперь, предположим, что дестабилизирован Пакистан в результате конфликта с Индией. Тесно связанный с ним Афганистан приходит в движение. (Американские удары возмездия приведут к аналогичному результату). Беженцы из Афганистана направляются в Иран, Таджикистан, Узбекистан, Киргизию... Даже если исключить злонамеренные военные вторжения, то и в этом случае слабые в экономическом смысле и неустойчивые в политическом смысле эти страны могут вспыхнуть в очень короткое время. В крайнем случае, правительства могут потерять контроль над своей территорией. Хрестоматийный пример такого рода Ливан с палестинскими беженцами. Современный конфликты высокоидеологизированы. Поэтому распространение экстремистских идеологий, восходящих к некоторым течениям внутри ислама, могут дать толчок движению на север, через Казахстан в мусульманские регионы России. Еще проще передается нестабильность на запад, прежде всего, на Северный Кавказ.

Я грубо очертил схему одного из возможных вызовов. Можно было бы нарисовать иные сценарии, опирающиеся на источники нестабильности в пределах постсоветского пространства или даже внутри самой России. Можно рассмотреть проблемы, вытекающие из напряжений внутри динамично развивающегося Китая. Можно говорить о вызовах принципиально иного рода. Однако даже того, что сказано достаточно, чтобы понять: России в одиночку трудно противостоять назревающим угрозам. Национальный продукт России сегодня почти вчетверо меньше национального продукта СССР, население меньше вдвое. Проблем больше многократно. Есть угроза, что страна может не выдержать напряжения.

Как я уже говорил, Россия является одним из ключевых элементов Азиатской стабильности. Уход России со сцены в качестве великой азиатской державы произведет общеазиатский тектонический взрыв. Но с последствиями этого взрыва столкнутся и западные страны, прежде всего США. Великобритания и Австралия. Но и Европа не останется в стороне. Поэтому в интересах Запада, объединить с Россией усилия по поддержанию азиатской, и мировой в целом, стабильности. Кроме того, советские, а теперь российские, танки и ракеты не являются главной угрозой стабильности и безопасности Запада. Упорное нежелание это признать подвергается пересмотрам после терактов 11 сентября и почтовой сибирской язвы. Система ПРО не поможет против ножей и конвертов. А способов произвести террористический акт в глобализующемся мире становится все больше.

Для Запада угроза возрастает изза политики утечки мозгов. Тот, кто думает, что угроза связана только с бедностью и неграмотностью, сильно ошибаются. Основатели современного терроризма российские народовольцы были отнюдь не безграмотны и отнюдь не бедны. Впрочем, как и кошмар Америки Усама бен Ладен. Чеченцы, нашедшие убежища от бомбежек в Москве, получающие некоторую помощь от государства, вовсе не источают благодарности по этому поводу . И их можно понять. Иранец, способный заработать большое состояние своим умом в авангардной компании США, может болезненно переживать унижение своей страны, так же как и араб унижение Палестины. Этого может оказаться достаточно для ненависти. Ненависти может оказаться достаточно для насилия. Чем большую роль интеллект будет играть в экономике, тем больше горючего материала для ненависти будет сосредотачиваться в развитых странах. А если этот материал будет усилен потоками беженцев, угрозы возрастут многократно. Именно поэтому надо бояться прежде всего не ракет. Именно поэтому Запад должен быть заинтересован в азиатской стабильности. Именно поэтому Россия должна быть одной из опор мировой системы безопасности.

Но если это так, то союз НАТО должен быть расширен. И должен быть иначе ориентирован. Союз с Россией принципиально меняет смысл, задачи и структуру НАТО. Поэтому вот уже семь лет, начиная со своего выступления в Киеве в 1994 году я говорю о необходимости создания Северного союза. Важно, чтобы этот союз превратился в союз международной консолидации по предотвращению угроз, а не в союз защиты интересов богатых стран, против бедных. В этом случае он окажется бесперспективен. Это должен быть союз мировой ответственности и общемировых интересов. И когда некоторые наблюдатели недоумевают, почему Россия возражает против вступления постсоветских государств в НАТО, в то время, как сама сотрудничает с СеверноАтлантическим союзом, а теперь и на государственном уровне заявила, что не прочь подумать о членстве в НАТО, то на это легко дать ответ. Членство в НАТО с его нынешней философией, фактически направленной против России, что бы для соблюдения дипломатичности не говорили, наносит ущерб России. Членство России в НАТО или его преемнике принципиально меняет эту организацию. Поэтому членство Украины, например, вместе с Россией является желательным, а без России опасным.

5. ГУАМ создавался как некая альтернатива российскому "неоимпериализму". Это образование противопоставлялось реинтеграционным попыткам России в постсоветском пространстве, которые были предприняты в рамках Таможенного союза. Одной из главных задач этого объединения должно было стать создание альтернативного транспортного пути для перекачки каспийской нефти в Европу в обход России.

Во времена ельцинского режима с его вялой внешней политикой и неадекватными этой политике декларациями политика "окружения" России была возможна. С экономической точки зрения поставленные задачи были необоснованными, но ради достижения политического эффекта странам этой четверки, возможно, была обещана помощь. Присоединение к ГУАМу Узбекистана было крайне показательным. Узбекистан страна, которая претендует на роль регионального лидера, во время создания ГУУАМа стремилась минимизировать присутствие России в Центральной Азии и расширить свои внешнеполитические и внешнеэкономические возможности в обход России. Сами по себе подобные стремления весьма и весьма оправданы ни одна страна не заинтересована в диктате или потенциальном диктате соседей. Однако вариант, наносящий ущерб России, именно для Узбекистана оказался наименее оправданным.

Бандитские набеги Исламского движения Узбекистана, обострение напряженности с Киргизией заставили Узбекистан вновь искать поддержку в Москве. Кроме того, новый динамичный лидер России нанес успешный визит в Баку, где азербайджанское руководство трезво предпочло реальную экономическую синицу виртуальному геополитическому журавлю. В Молдове выборы, приведшие Воронина к власти, окончательно поставили под сомнение солидарность в рядах ГУУАМа. Да и в самой Украине, главном инициаторе проекта, случился кризис, из которого она выбралась с помощью все той же горячо нелюбимой России. Было бы нетактичным сразу после Днепропетровска протягивать руку помощи Шеварднадзе, у которого к тому времени антироссийские только нарастали. Тем более, что впереди маячили парламентские выборы, а за ними президентские. Расклад сил был явно не в пользу ГУУАМа.

А тут случилось 11 сентября. Россия оказалась стратегически важным партнером Запада, и ее изоляция для атлантических политиков вряд ли станет насущной задачей в ближайшее время. А не ближайшее может подтолкнуть к укреплению России. Кроме того, на фоне американской трагедии чеченские прогулки по Грузии вряд ли кого вдохновят делать ставку на режим в Тбилиси. Очень серьезно усложнилась ситуация в Узбекистане. Предоставив свои аэродромы, Ташкент, безусловно, резко увеличил поддержку исламских экстремистов внутри страны и заслужил ненависть в сопредельных странах, что сделало режим Каримова еще более неустойчивым. В случае неудачи урегулирования в Афганистане что очень вероятно, Узбекистан окажется в полной зависимости от внешней поддержки, как это не так давно случилось с Таджикистаном. Но положение Каримова больше будет напоминать положение Шаха Реза Пехлеви, ориентировавшегося на Запад, чем положение Рахмонова, опиравшегося на более понятную и традиционную силу.

Если США будет впредь видеть Россию в качестве своего союзника и партнера по поддержанию стабильности в Азии, то западная поддержка будет обеспечиваться только для наиболее эффективных проектов. ГУУАМ окажется невостребованным, а в Узбекистане США и Россия окажутся согарантами стабильности. Если же, напротив, российскоатлантическому сотрудничеству не суждено будет стать стратегическим приоритетом, России и США одновременно станет тесно в Узбекистане. Я думаю, что соревнование за влияние выиграют США. Тогда Узбекистан окажется в трудном положении. До сих пор в центре Азии прозападные режимы выживали плохо. Следовательно, Соединенные Штаты будут стремиться создать дополнительные гарантии своего присутствия в Узбекистане. Тогда ГУУАМ, пусть даже в видоизмененном виде, станет вполне реальным проектом.

Впрочем, вряд ли США готовы к столь большому расширению ответственности, тем более при туманных перспективах. Скорее всего, затягивание США в центральноазиатский узел будет подталкивать американцев перенести основное бремя на плечи России, а это потребует дружественной политики по отношению к ней. Поэтому наиболее вероятный сценарий развития ГУУАМа постепенное сближение отдельных стран с Таможенным союзом.